Литературный сеанс «Положительно прекрасный человек»

      Комментарии к записи Литературный сеанс «Положительно прекрасный человек» отключены

Роман Ф. М. Достоевского «Идиот» является сегодня одним из самых популярных и востребованных произведений русской литературы. Уже много лет создаются и продолжают создаваться различные интерпретации этого великого творения: экранизации, оперные и балетные прочтения, театральные постановки. Роман популярен во всем мире. В рамках Дня писателя 11 ноября 2021 года сотрудники БИЦ имени Н.Г. Чернышевского приглашают на Литературный сеанс «Положительно прекрасный человек».

На сегодняшний день существует в мире 11 экранизаций романа «Идиот».

Роман «Идиот», написанный Федором Михайловичем Достоевским в 1868-69 годах, до сих пор остается одним из самых читаемых произведений мировой литературы. А образ князя Мышкина является предметом дискуссий. Одни проводят четкую параллель между Мышкиным и Христом, называя главного героя «князь Христос» (или «князь Христа»), другие, напротив, считают его притворщиком и обманщиком, третьи убеждены, что в Мышкине живут два противоборствующих начала – божественное и греховное.

Сам Достоевский ставил цель изобразить «положительно прекрасного человека», идеал нравственной чистоты, который призван нести в порочный мир гармонию и примирение. Удалось ли посланнику добра хоть сколько-нибудь изменить действительность? Нашлось ли в мире место для света? Есть ли у христианской морали шанс на существование в объективной реальности? На все эти и многие другие вопросы ищем ответы в романе Достоевского «Идиот».

Представляем вашему вниманию первую советскую экранизацию.

«ИДИОТ», 1958 год.

Сценарий по роману Федора Достоевского «Идиот» Иван Пырьев написал в 1947 году. Режиссер вспоминал: «Что я прежде всего видел в «Идиоте»? Огромную любовь Достоевского к людям «униженным и оскорбленным», стремление к социальной справедливости, горячее желание найти правду в жизни. И конечно, удивительное умение писателя раскрывать глубины психологии человека» («Избранные произведения», «Искусство», 1978).

Но к постановке картины он шел более десяти лет. Основная причина, по которой съемки не начинались, была в том, что Пырьев никак не мог найти актера на главную роль — князя Мышкина. Действительно, этот образ — один из самых сложных и необычных в российской литературе. Как писал сам Достоевский, в Мышкине он хотел показать «идеального человека», живущего реальной жизнью.

Актера Юрия Яковлева Иван Пырьев увидел на пробах к фильму Григория Чухрая «Сорок первый». Яковлев пробовался на роль Говорухи-Отрока, которую в итоге исполнил Олег Стриженов. Молодой актер запомнился Пырьеву, и постепенно он утвердился в мысли, что нашел своего Мышкина.

Иван Пырьев перенес на экран первую часть романа, включая знаменитую сцену со сжиганием денег в камине. «Достоевский поднимал жгучие вопросы современности, и одним из них, быть может, наиболее важным был вопрос о власти денег. Через отношение к деньгам проявляются характеры, открывается духовная сущность человека», — считал Пырьев («Избранные произведения», «Искусство», 1978).            Легендарная сцена, когда Настасья Филипповна бросает в камин деньги, отданные ей Парфеном Рогожиным, — одна из самых драматичных, эмоционально наполненных и сильных в этой картине.

Очень яркие образы создали в «Идиоте» актеры старой школы: Вера Пашенная (генеральша Епанчина), Иван Любезнов (Иволгин), Сергей Мартинсон (Лебедев). Но конечно же, основная удача картины — это исполнители главных ролей Юлия Борисова и Юрий Яковлев. Недаром Иван Пырьев не хотел приступать к картине, пока не найдет идеального Мышкина. Юрию Яковлеву великолепно удалось передать на экране все метания и колебания чистой, трепетной души героя, его боль из-за несовершенства мира и его искреннюю любовь и жалость к людям. А в паре с ним Юлия Борисова. Ее Настасья Филипповна — невинная жертва: порок не запятнал ее, но ранил глубоко и неизлечимо. Оставаться равнодушным, глядя на игру этих актеров, поистине невозможно!

Зрители восприняли «Идиота» более чем благосклонно. В 1958 году фильм стал лидером проката, его посмотрели 31 миллион зрителей. Этот факт доказывает, что хорошо экранизированная классика всегда интересна и востребована и даже такой «сложный» писатель, как Достоевский, может заинтересовать среднестатистического зрителя. Фильм также был назван лучшим фильмом года по опросу журнала «Советский экран». В 1959 году картина была удостоена второй премии на Всесоюзном кинофестивале в Киеве.

В планах Ивана Пырьева было продолжить экранизацию «Идиота» и снять вторую часть. Этому, увы, так и не суждено было сбыться. Но к творчеству Федора Достоевского режиссер обратился еще два раза: в 1959 году он снял «Белые ночи», а в 1968 году — «Братьев Карамазовых», которые стали последней картиной в его фильмографии.

Просмотр фильма

«ИДИОТ», 2003 год.

Более современная версия была снята Владимиром Бортко в 2003 году.

Сколько можно догадываться, Владимир Бортко работал исходя из простой посылки: «Идиот» — роман великий и самодостаточный… Великая проза живет подробностями, деталями, перекличками несхожих, на первый взгляд, мотивов, сопряжением детектива, психологического исследования и утверждения метафизических ценностей.

Совсем не случайно Бортко настойчиво повторяет простой ход. Монолог произносит один герой, а перед нами лицо другого, воспринимающего. Это срабатывает, когда в позиции (неважно, говорящего или слушающего) оказывается Мышкин. Срабатывает по двум причинам. Во-первых, грубо говоря, ровно об этом — о взаимодействии Мышкина и всех прочих — написан роман Достоевского. В присутствии князя люди (от швейцара, пустившего князя к Епанчиным, до Рогожина, уже совершившего убийство) становятся лучше, спокойнее, чище (бунты Аглаи и Ипполита, отчаяние генерала Иволгина не опровергают, но парадоксально подтверждают правило). Мышкиным пытаются спастись персонажи самые разные (от Настасьи Филипповны до Келлера и Евгения Павловича), но спасаются лишь на то время, покуда они «в поле» князя, который прозревает красоту и благородство в каждом… Трагедия князя в том, что он не может быть разом при всех (метание меж Настасьей Филипповной и Аглаей воплощает ключевую тему с особой наглядностью), а его проповедь (неотрывная от человеческого облика и бытовых жестов) размывается в круговороте «наивных хитростей». Неслучайно — вполне по Евангелию — Мышкиным больше других проникаются либо дети (Коля Иволгин, Вера Лебедева — какой же молодец Бортко, увидевший великую значимость этого «проходного» персонажа!), либо люди слабые, «смешные», презираемые благоразумным обществом, но сохранившие простодушие (Келлер, генерал Иволгин). «Диалогизм» в «Идиоте» держится на Мышкине, умеющем объяснить необъяснимое. Этой особенности князя не понимает даже самый умный герой романа Евгений Павлович (вспомним его «правильные» укоры Мышкину после отъезда Епанчиных) — эту тайну понял Бортко.

И здесь начинается «во-вторых». Режиссер нашел актера, способного передать светлую мудрость князя-Христа, его любовь к людям, его тревогу за мироздание, его веру в счастье, его дар со-страдания всем. Как роман держится на Мышкине, так фильм держится на Евгении Миронове, который просто, сердечно и с мягкой убедительностью заговорил с нами на «отвлеченные темы» — о смертной казни или родстве католицизма с социализмом. В этих «сложных», замедляющих действие монологах он такой же, как в эффектных сценах скандалов или дружеских беседах, где дает волю своему чудному свободному смеху. Как, собственно, Достоевским и написано.

Вышло — по духу, а не только по аккуратно соблюденной букве Достоевского, — что завораживающее единодержавие «положительно прекрасного человека» мириадами тонких нитей связано с другими персонажами, с атмосферой, с «отвлеченными идеями», петербургскими углами, павловскими деревьями, бриллиантовыми колье, пошлыми фельетонами, семейными раздраями, судьбой России и верой в Бога. Оказалось, что «лишнего» в фильме (как и в романе) нет. Вероятно, и этого (идеальный выбор главного героя и доверие к писателю) хватило бы на хороший сериал. Но Бортко сделал больше — в хороводе невероятных персонажей Достоевского он (в отличие от весьма многих интерпретаторов романа) обнаружил второго «положительно прекрасного человека» — генеральшу Епанчину (не зря Елизавета Прокофьевна в родстве со Львом Николаевичем). И отдал эту роль великой актрисе — Инне Чуриковой. Когда «важно все», трудно не упустить «самое главное». Бортко, Миронов и Чурикова не упустили. Профессионалы оценят изгибы мимики, пластики и речевой мелодии, которыми одаривают нас Чурикова и Миронов, — мне важно, что каждый их жест, взгляд, поворот и колебание голоса ведут к главному смыслу романа. Добро терпит поражение за поражением, но существует. За катастрофой следует не только торжество пошлого и злого «порядка», но и нечто иное. Это чувствуешь, слушая, как генеральша рассказывает невменяемому князю о судьбах оставленных им «бедных людей». Чурикова — Епанчина произносит слова авторского «Заключения», слова Достоевского — и в этом решении (формально «не точном») есть высшая правда. Как есть она в нашей надежде уловить проблеск сознания на идиотическом лице князя. Бортко строит, а Чурикова и Миронов играют швейцарский эпилог почти против текста — и они правы. Во-первых, потому что не переступают через «почти», а во-вторых, потому что и итог романа к горьким «словам» не сводится.

Просмотр фильма

Спасибо за внимание!

Мероприятие подготовлено Несвит Е.В., вед. библиотекарем.